article-img

Какие возможности беларусское экспертное сообщество не может упустить? Мнение Татьяны Чулицкой

Аўтар: Татьяна Чулицкая | 19 студзеня 2023 г.

Сразу оговорюсь, что этот текст является в большей степени рассуждением в отношении вопросов, которые волнуют меня, как экспертку, чем попыткой что-то или кого-то покритиковать. Все написанное основано исключительно на включенном наблюдении и является субъективной интерпретацией.

Беларусское экспертное сообщество не очень часто становится предметом анализа, хотя в нем происходит много интересных событий, в чем-то отражающих процессы, которые происходят в беларусском обществе. 2020 год в какой-то степени изменил как состав экспертного сообщества, так и способствовал определенной реконфигурации всего сектора.

  1. Это первый в истории экспертного сообщества период, когда большинство его представителей/представительниц вынужденно оказались за пределами Беларуси, а некоторые вообще в местах лишения свободы. Географическое перемещение нарушило существовавшее ранее (хотя и с некоторыми вариациями) разделение тех, кто занимается исследованиями преимущественно внутри страны на внутреннюю аудиторию, и теми, кто находится за ее пределами и, соответственно, больше слышен для аудитории зарубежной. Нахождение за границей способствует интернационализации беларусского экспертного сообщества, хотя часть экспертов/эксперток при этом продолжают работать исключительно на аудиторию внутри страны.

  2. В сообщество пришли условно новые эксперты/экспертки, ранее работавшие в органах власти, госуниверситетах, исследовательских институтах и аналитических центрах. Сложно сказать, изменило ли это качество сообщества, но определенно добавило акценты в дискуссии: как некоторую категоричность оценок, так и продвижение слегка «переупакованных», но ранее уже использовавшихся идей и подходов (хотя, конечно, и первое, и второе свойственно не только «новичкам» сообщества). Также вновь пришедшие эксперты/экспертки в ряде случаев оказываются в центре выстраивания новых сетей и взаимоотношений с различными стейкхолдерами.

  3. В силу политической составляющей из сектора практически ушел один из важных игроков — «Минский диалог», освободив нишу для анализа и адвокатирования в сфере международных отношений, в которой сейчас работают разные инициативы и эксперты, но нет какого-то одного лидера. Кроме того, в исследовательских направлениях, где ранее в силу отсутствия конкуренции существовали естественные монополии, появились создающие новые сферы влияния альтернативные организации и эксперты. Примером могут выступать социологические исследования, где уверенно закрепился Chatham House, а также работающий с протестной аудиторией «Народный опрос», отдельные социологи и эксперты, в той или иной степени связанные с Центром новых идей (ЦНИ). 

Параллельно усилилась роль и увеличилось количество оперативной политической аналитики и политических аналитиков/комментаторов, быстро реагирующих на текущие события и комментирующих их на разные аудитории; а также регулярно производимых обзорных продуктов (например, «Беларусский трекер перемен»). Кроме того, усилилось взаимодействие экспертов/эксперток с оппозиционными и зарубежными политическими акторами с параллельной тенденцией позиционирования себя в качестве «политически нейтральных». Наверное, сейчас мы видим наибольшую представленность беларусского экспертного сообщества на различных открытых и закрытых политических мероприятиях. В целом, за последние два года существенно увеличилось как количество разного рода и формата экспертных встреч, брифингов и прочих мероприятий, так и количество «пузырей», сетей и прочих разновидностей неформального общения внутри экспертного сообщества. 

Все описанные выше изменения свидетельствуют скорее о росте беларусского экспертного сообщества. Однако этот рост происходит на фоне как существовавших ранее, так и новых проблем. 

Прежде всего, это структурная проблема недостаточного количества больших исследовательских проектов, где помимо desk research, оценок и разного по качеству сбора данных, вырабатывались бы концептуальные рамки, применялись сравнительные подходы и другие более сложные инструменты анализа

Эта проблема обусловлена отсутствием как в Беларуси, так и за ее пределами академической институции, которая выступала бы площадкой для таких проектов. Если и до 2020 беларусские университеты работали, скорее, под беларусские стандарты без достаточной ориентации на исследования, то после начала политического кризиса и последовавших кадровых чисток, университеты внутри страны еще меньше могут претендовать на какую-то роль в этом направлении. 

Получивший на волне репрессий дополнительную донорскую поддержку ЕГУ, по идее, мог и должен был бы быть исследовательской площадкой, но не является таковой и сосредоточен на решении внутренних проблем и оказании образовательных услуг 

Проблему отсутствия больших концептуальных исследований можно было бы игнорировать, но она приводит к тому, что общих схем и подходов, которые помогли бы лучше понять происходящее в стране как не появлялось, так и не появляется. Зато появляются тексты с нагромождением из имен различных авторов, подходов и концепций без адекватных разъяснений, почему они важны для анализа беларусской ситуации.

Еще одним сложным моментом является качество кадров самого исследовательского сообщества. Случается, что нам не хватает навыков, умений, а иногда и просто знаний для создания чего-то концептуально нового, что компенсируются уверенностью в себе и хорошими навыками само-репрезентации. В данной проблеме есть разные измерения: некоторые получали образование только в Беларуси, а дальше (не)систематически чему-то обучались по мере сил и возможностей. Некоторые имеют опыт работы исключительно в беларусских или, наоборот, западных институциях, т. е. не всегда представляют, как можно работать в других контекстах. Некоторые являются комментаторами политических событий, опирающимися в своих оценках преимущественно на «ощущения», эмоциональные реакции и личный опыт, а не на анализ и интерпретацию данных. В результате

мы часто видим одних и тех же экспертов/эксперток, комментирующих в качестве человека-оркестра практически любые темы, но при этом повторяющих мысли своих коллег или свои же,

а также формирующих коалиции для новых проектов и экспертных «пузырей» не столько за счет идей, сколько на основе личных отношений. Соответственно,

даже внутри экспертного сообщества наиболее жаркие дискуссии зачастую связаны не столько с исследованиями, сколько с обсуждением политических скандалов, продвижением собственных нормативных суждений и этических представлений. И здесь возникает вопрос, занимаемся ли мы по-прежнему экспертизой либо практикуем какие-то иные виды коммуникации? 

Повторяя любимое многими выражение об «окнах возможностей», кажется, что сейчас одно из них открыто для беларусского экспертного сообщества в плане как продвижения беларусской повестки, так и собственного развития. Перечисленные проблемы не критичны, однако в их наличии важно признаваться хотя бы самим себе. Вероятно, в этом случае у нас если не исчезнет, то несколько снизится уровень категоричности и уверенности в том, что то, что мы делаем здесь и сейчас, — единственно правильное и возможное.

Осмысление собственного институционального, исследовательского, политического и индивидуального опыта могло бы помочь нам вырабатывать более сбалансированные рекомендации по итогам анализа, а также, в целом, повысить качество экспертизы по беларусской тематике

Фото обложки: Fuckup Night: У Беларусі жыць (не) сумна?


Татьяна Чулицкая

Аўтар

Татьяна Чулицкая


Директорка (BIPART)

Татьяна Чулицкая – политолог, Manchester Metropolitan University, академическая директорка SYMPA