Семейная политика в условиях «нерождаемости»

05.10.2022 | Эксперты KEFПоделиться проектом:
Нынешний кризис рождаемости в Беларуси ставит задачи не просто расширить поддержку семей с детьми, а полностью переформатировать текущую модель семейной политики, основанную на патерналистских предпосылках («семьи рожают больше детей, чтобы получить от государства финансовую поддержку, тем более щедрую, чем больше детей в семье»). Это долгосрочный проект перехода к эффективной модели поддержки семей с детьми, который должен начинаться с ревизии существующих мер поддержки и предложения альтернатив неэффективным практикам.

Конспект

Депопуляция в Беларуси началась в 1990-е гг. Свою роль в этом сыграли как второй демографический переход, так и локальные особенности естественного движения населения в период потрясений 1990-х гг. В начале естественная убыль населения происходила как за счёт роста смертности, так и за счёт снижения рождаемости. Значимый рост рождаемости в 2011–2016 гг. позволил компенсировать потери от смертности и затормозить процесс депопуляции. Однако увеличение смертности вследствие пандемии коронавируса, реальные масштабы которой сложно оценить в силу отсутствия надежных данных, в совокупности с падением рождаемости ускорило депопуляцию, а усилившийся с началом войны в Украине миграционный отток сделал этот процесс фактически необратимым. В текущей конфигурации демографического кризиса набор инструментов воздействия на процессы воспроизводства населения существенно ограничен.

Государственная поддержка семей с детьми оказывает серьезное воздействие на решение о рождении детей. Однако действующая модель патерналистской семейной политики имела ограниченный период демографической эффективности, который закончился в 2016 г.

Спад рождаемости в Беларуси затягивается как в силу фундаментальных причин, так и под влиянием других факторов, в том числе связанных с возросшей неопределённостью. Отложенная рождаемость, сжатие календаря рождений, миграционный отток усугубляют снижение рождаемости и влияют на режим воспроизводства в целом. Конъюнктурные изменения рождаемости нарушают процесс естественного замещения поколений и создают риски для будущего демографического развития страны. Для понимания перспектив развития демографической ситуации в Беларуси, в частности, дальнейших тенденций рождаемости, в данном исследовании используются прогнозы численности населения ООН, скорректированные с учетом экспертных оценок показателей фактической рождаемости в Беларуси в 2020 и 2021 г.

Сделанные в исследовании оценки рождаемости и СКР в 2020 и 2021 гг. показывают, что сейчас в Беларуси реализуется промежуточный сценарий. В краткосрочной, и в среднесрочной перспективе изменение возрастной структуры женщин в репродуктивном возрасте будет работать на депопуляцию. Нынешний кризис рождаемости в Беларуси ставит задачи не просто расширить поддержку семей с детьми, а полностью переформатировать текущую модель семейной политики, основанную на патерналистских предпосылках. Это долгосрочный проект перехода к эффективной модели поддержки семей с детьми, который должен начинаться с ревизии существующих мер поддержки и предложения альтернатив неэффективным практикам.

Успешность поиска решений, способных преломить негативные тенденции, во многом зависит от гибкости семейной политики

Устойчивость результатов семейной политики, в свою очередь, определяется сбалансированным развитием всех её компонентов

  1. отпуска по уходу за ребенком (период и размеры выплат, распределение между родителями),

  2. доступной дошкольной инфраструктуры, соответствующей запросам семей с детьми,

  3. равного распределения родительских обязанностей по уходу за детьми.

В Беларуси сформировались объективные предпосылки к реализации политики баланса — затянувший спад рождаемости подталкивают к поиску эффективных и быстрых решений. Внедрение отдельных мер вне парадигмы комплексной политики баланса не приведет к ожидаемым результатам ни в краткосрочной, ни в долгосрочной перспективе.

Основным принципом повышения демографической и социальной эффективности семейной политики в Беларуси может стать придание ей гибкости и адаптивности к потребностям семей

Внедрение переходной — вариативной — модели, включающей привычные меры поддержки и альтернативные варианты их реализации, может быть наиболее приемлемым способом изменения дизайна семейной политики в Беларуси. Этот процесс может проходить в два этапа.

  1. Первый этап пересмотр дизайна существующих мер и расширение вариантов их применения в соответствии с потребностями семей; проведение постоянного мониторинга востребованности альтернативных уже имеющимся вариантов и анализ их восприятия со стороны целевых групп; оценка вклада мер поддержки в изменение рождаемости.

  2. Второй этап — продвижение «успешных» практик, формирование и укрепление позитивного восприятия нововведений, закрепление эффективных мер поддержки в качестве приоритетных. Повышение гибкости ряда компонентов государственной поддержки семей с детьми позволит за относительно короткий период времени адаптировать её к потребностям семей.

Предлагаемые меры семейной политики

  1. Переформатирование отпуска и пособий по уходу за ребенком. Ввести гибкую систему предоставления отпуска по уходу за ребенком, при которой семья может выбирать приемлемый вариант продолжительности (2 или 3 года) при условии пропорционального увеличении пособия.

  2. Переконфигурировать структуру детских дошкольных учреждений. В крупных городах предлагается реализовать практику открытия ясельных групп для детей в возрасте 1–2 лет на базе существующих детских садов, обеспечив при этом специальную подготовку воспитателей и помощников воспитателей для работы с этой возрастной группой.

  3. Корректировка дизайна отцовского отпуска.

    • Для отцовского отпуска альтернативой неоплачиваемому четырнадцатидневному периоду может быть предоставление возможности удаленной работы либо изменение графика рабочего времени в соответствии с потребностями работника.


    • Еще одним вариантом, который в перспективе мог бы способствовать укреплению позитивного восприятия разделения отпуска по уходу за ребенком между родителями, может стать использование в качестве отцовского отпуска 14 дней из оплачиваемого периода отпуска по уходу за ребенком, который используется матерью. Если такая практика станет востребованной со стороны семей, в последующем периоде можно рассмотреть возможность введения обязательной отцовской части отпуска по уходу за ребенком, которая в случае отказа отцов от ее использования будет вычтена из общего периода этого отпуска.

  4. Для женщин 40–44 и 45–49 лет обеспечить меры поддержки, связанные с пролонгацией периода активной репродукции за счет сохранения репродуктивного здоровья.

  5. Наличие и доступность медицинских услуг, позволяющих семьям решать проблемы бесплодия, а также расширение материальной поддержки семей при осуществлении процедуры ЭКО, также способны обеспечить дополнительный вклад в увеличение рождаемости в Беларуси.

Предлагаемые меры семейной политики приведут к позитивным демографическим изменениям в Беларуси при условии активного продвижения повестки политики баланса семьи и работы в публичном пространстве

Проведение постоянного мониторинга востребованности альтернативных вариантов поддержки семей с детьми, анализ их восприятия со стороны целевых групп, оценка вклада мер поддержки в изменение рождаемости позволит выделить наиболее эффективные с точки зрения влияния на рождаемость и благосостояние семей с детьми практики для последующего закрепления их в качестве приоритетных мер поддержки.

Ознакомьтесь с полной версией проекта Семейная политика в условиях «нерождаемости».

Исследование подготовлено в рамках проекта Belarus Beehive, координатор исследовательской и экспертной части проекта — Институт «Палітычная сфера».


Эксперты KEF

Автор

Эксперты KEF


(Кастрычніцкі эканамічны форум)

Открытый профессиональный диалог об устойчивом развитии Беларуси в контексте развития глобальной экономики

Рецензии

avatar

Екатерина Дейкало

Экспертка

БХК

поставил проекту

Краткий комментарий относительно отпуска по уходу за ребенком и поощрения гендерного равенства путем вовлечения обоих родителей в воспитание детей. Важно иметь ввиду и разделять 2 ситуации: ➊ Отпуск по беременности и родам, в который идёт однозначно женщина в силу физиологических причин — беременности и родов. Он составляет около 4-х месяцев (2 — до родов и 2 — после). И 14 неоплачиваемых дней для мужчины в нашем законодательстве сейчас укладываются именно в логику этого периода. Их можно взять в первые 6 месяцев после рождения ребенка. ➋ Отпуск по уходу за ребёнком. То, что начинается после того, как закончился отпуск по беременности и родам. Который де-юре может взять и мужчина, но, как указывается в исследовании, реально такие случаи составляют всего 1%. Если сохранять такую двухуровневую конструкцию отпуска, то можно говорить о каком-то количестве именно оплачиваемых дней в первые 4-6 месяцев для мужчины. Пусть и 14. Но параллельно обязательно важно решать вопрос с разделением отпуска по уходу за ребенком и введения обязательной части для второго родителя. Без этой меры, движения к реальному гендерному равенству в этой сфере достигнуть практически невозможно (если полагаться исключительно на готовность общества). Логика разделения отпуска на двоих в том, чтобы вовлекать обоих родителей в воспитание, увеличивать эмоциональную связь ребёнка с отцом и давать возможности женщине не выпадать из активной социальной жизни и не упускать свои возможности. Поэтому если даже на начальном этапе вести речь лишь о 14 днях в самом начале или, как предлагается в исследовании, «использование в качестве отцовского отпуска 14 дней из оплачиваемого периода отпуска по уходу за ребенком, который используется матерью» — это не будет способствовать достижению целей. Потому что 14 дней из 2-х лет (даже если сократить с 3-х до 2-х) ничего не решают. А если не ввести какую-то обязательную часть (сгораемую в случае неиспользования вторым родителем), пользоваться своим формальным правом уйти в отпуск по уходу за ребенком мужчины по-прежнему практически не будут. То есть даже на начальном периоде, период «отцовского отпуска» должен быть больше чем 14 дней. В целом считаю удачной шведскую модель: есть число дней на двоих, второй родитель обязательно должен взять минимум 18% отпуска, если он их не берет они сгорают. А остальное время родители могут распределить между собой как угодно. То есть изначально каждый получает право на 50% отпуска, но определённое количество дней можно отдать другому, пока не осталось минимум 18%, которые отдать нельзя. И еще один вопрос — вопрос терминологии. Если мы ведем речь о разделении отпуска по уходу за ребенком, важно не употреблять конструкцию «введение обязательной отцовской части отпуска по уходу за ребенком», а лучше говорить «введение обязательной части отпуска по уходу за ребенком для второго родителя». Так как первая формулировка сама по себе транслирует стереотип и еще больше укореняет его в сознании.

Оцените проект