article-img

Какая Беларусь нужна Украине? Отвечает украинский эксперт Евген Глибовицкий

Author: Евген Глибовицкий | February 2, 2023

Соучастие Беларуси в военной агрессии против Украины наложит отпечаток на будущие отношения Киева и Минска. Однако, при этом хорошо видны существенные отличия между характером процессов в России и в Беларуси. В России война является популярной, поддерживается обществом и имеет общую имперскую историческую и культурную основу. В Беларуси, даже сегодняшней, война с Украиной непопулярна, хотя есть определенные группы в обществе, для которых существуют свои оговорки. Большая часть беларусского общества, имея возможность, выбрала бы мирное сосуществование, несмотря на то, что сила пропаганды в Беларуси, скорее всего, больше, герметичнее, чем в России. В этом смысле беларусы и россияне находятся в похожих условиях, но украинская оптика хорошо замечает различия:

у Беларуси нет имперских чувств по отношению к Украине. Точно так же у Киева их нет по отношению к Минску

После завершения войны, двум странам предстоит выстраивать отношения. Украине нужна свободная, независимая и процветающая Беларусь, с которой будут близкие и хорошие отношения. У сторон, скорее всего, будет готовность к глубокому партнерству, не предусматривающему наличия старшей или более сильной стороны. В конечном итоге

для Украины важно, чтобы Беларусь была хорошим соседом, прогнозируемой демократической страной, у которой похожие с нами интересы и те же ценностные приоритеты, которые касаются в первую очередь безопасности и развития

Они фактически приведут нас разными путями к одним и тем же решениям: членству в Евросоюзе, а в перспективе, вероятно, и в НАТО.

Наши страны рассинхронизированы во временном пространстве, но мы находимся на одном векторе. Есть фундаментальные отличия в том, каким образом происходит трансформация в Украине и в Беларуси, зашитые в культурных особенностях двух стран. Украина — страна более гетерогенная. Здесь у разных групп разные приоритеты и подходы к решению стоящих перед ними проблем. В результате мы постоянно наполнены дискуссиями по поводу того, каким образом решать тот или иной вопрос. Синхронизация отнимает дополнительную энергию и занимает больше времени. Но достижение критической массы для изменений в Украине всегда было менее сложной задачей. То есть украинцы легко подходят к точке революции, но нам сложнее после этого выработать единую траекторию развития. Думаю, что в Беларуси ситуация прямо противоположная. Критическая масса для изменений нужна намного большая, поэтому «беременность» новой Беларуси длится дольше, проходит сложнее и требует больших усилий. Но после того, как Беларусь встанет на новую колею, допускаю, ей будет легче двигаться, чем Украине или другим постсоветским странам.

Сложности сегодняшней Беларуси и перспективы будущей

Беларусь оказалась в критически сложной ситуации: с одной стороны, режим Лукашенко — под невероятным давлением из Москвы и постоянно откатывается на новые рубежи, отдавая часть своей субъектности. С другой стороны, Лукашенко, хватаясь, как утопающий за соломинку, пытается удержать хотя бы часть влияния на повестку. Из Киева видно, что Лукашенко пытается лавировать, хоть операционное пространство стало крошечным. Точно так же совершенно четко видно, что у него нет перспектив вернуть себе былую легитимность, — сейчас это уже вопрос длительности агонии, хоть и с неясным концом. 


Фото: протесты в 2020-м году, Reuters

С другой стороны, сложно полностью полагаться на готовность беларусской оппозиции быть способной отвечать на современные вызовы. Условия, в которые режим поставил оппозицию, принудили стать лидерами людей, которые не готовились к этой роли.

Видно, насколько обществу сложно оперировать в условиях тотальной блокады, уголовных преследований, страшных зверств, которые происходят в тюрьмах, страха, насилия, вынужденной эмиграции и отсутствия ресурсов

Когда я разговариваю с беларусской экспертной средой, мне кажется, что ответ на вопрос, каким образом произойдет беларусская трансформация, коллеги в основном ищут в пределах существующих сегодня отношений и параметров состояния общества. Но это как искать новую апку в существующей операционной системе. Мне же кажется, что произойдет изменение самой операционной системы, поэтому простая проекция сегодняшнего дня на будущее невозможна. Я бы скорее думал о параметрах новой операционной системы. 

В Украине таким изменением операционной системы стали события 2014 года: Евромайдан, переросший в Революцию достоинства. Это было не провозглашение, как в 1991-м, а наполнение независимости смыслом, полноценным возникновением политической субъектности, готовой брать на себя всю ответственность. В Беларуси похожая точка отсчета и последующее появление новой Беларуси произойдет позже. Сегодня она находится в плоскости мечты, фантазии, возможно, стратегирования, но еще не существует как явность. Сейчас самое время визионировать будущую Беларусь. Уже через несколько месяцев может понадобиться четкое понимание приоритетов.


Фото: Революция достоинства

Я полагаю, что возникновение нового порядка возможно вследствие текущего кризиса. Война и ее последствия, в том числе для Беларуси, будут влиять на изменения общественного восприятия внутри страны. В определенный момент все-таки будет достигнута количественная критическая масса для изменений, для того, чтобы общественный процесс стал необратимым. К сожалению, природа ее такова, что ее количество мы будем знать только после того, как критическая масса будет достигнута. Поэтому говорить, что это 3% населения, 10% или 30%, было бы спекуляцией. История позднего СССР четко указывает на характеристики катализации критической массы: это происходит тогда, когда самый худший сценарий — сохранение статус-кво. Тогда происходит переход в новое видение. Сейчас в меню оно только одно: демократическая, свободная, независимая Беларусь. Альтернативы этой идее внутри Беларуси нет, значит и вектор изменений вполне предсказуем.

Однако, альтернатива существует вне Беларуси — в имперских кругах власти и оппозиции России. Способность не поддаться соблазну войти в альянс с «демократическим» или «оппозиционным» интерфейсом российской империи станет тестом на зрелость и состоятельность беларусского гражданского общества и политического лидерства. От этого также в конечном итоге будет зависеть глубина политического партнерства между завтрашними Киевом и Минском.

Как Беларусь и Украина могут помочь друг другу сейчас

Более интенсивный обмен на экспертном уровне между теми, кто представляет будущее Украины и Беларуси, позволил бы лучше понимать друг друга и достичь большей синхронизации. Это может включать также беларусские оппозиционные круги. В сегодняшних условиях это означает постоянное присутствие представителей беларусского гражданского общества, экспертных групп, политической оппозиции внутри Украины.

Важно, чтобы в Украине были представлены люди, которые готовы стать голосом беларусского гражданского общества и политической оппозиции, которые бы доносили и объясняли позицию внутри украинского гражданского общества

Это важно, потому что в Украине изменения формируются не только сверху вниз, но и снизу вверх. В то же время важно, чтобы политические круги в Украине были в постоянной консультационной работе с беларусской оппозицией, потому что некоторые сегодняшние тактические решения могут иметь долгосрочные последствия. Если партнеру что-то не подходит, лучше, чтобы он имел возможность вовремя озвучить свое несогласие.

Вместе с тем следовало бы более хладнокровно воспринимать возможные формальные контакты, которые происходят между руководством Украины и системой, контролирующей власть в Беларуси. Поэтому отношения между администрацией Зеленского и Лукашенко, которые могут касаться каких-то точечных вопросов (более общие вопросы уже невозможно решать в силу фактической потери субъектности Лукашенко), не должны вызывать беспокойство в беларусских оппозиционных кругах. Украина в любом случае заинтересована в скорейших изменениях в Беларуси.

Да, Украина делала ставку на торговлю с режимом Лукашенко до 2020 года, потому что для Украины критически важной было продление стратегической амбивалентности Лукашенко. По той же причине эти контакты не были полностью прекращены после 2020 года, хотя их природа несколько изменилась — нелегитимность Лукашенко в беларусском обществе стала очевидной, из президента он превратился в человека, фактически удерживающего власть. Такое видимое сохранение отношений очень болезненно было воспринято во многих беларусских сообществах. Критика такого подхода часто звучала и во внутреннеполитических дискуссиях в Украине: украинцы болезненно воспринимают неготовность других стран полностью перейти на ценностную позицию. Точно так же я ощущаю эту боль со стороны Беларуси.

Мне жаль, что действия Украины могут восприниматься как действия, которые усилили уже существующую боль, созданную режимом Лукашенко. Но точно так я вижу, что без участия Украины, в том числе без порой болезненных решений, которые она принимала и будет принимать в будущем, невозможно ускорение достижения свободы в том числе для Беларуси.

И Украина, и свободная Беларусь сейчас в одной лодке, с тем отличием, что активный фронт борьбы за нашу и вашу свободу в данный момент находится на территории Украины

Тактические решения в Украине будут приниматься, исходя из украинского контекста и интересов. Стратегические, естественно, требуют более широкого подхода. Именно поэтому важно активное присутствие беларусского голоса. Однако вес этого голоса также будет зависеть от готовности взять на себя значительную часть бремени борьбы. Как выглядит подготовка к такой борьбе? Вопрос пока открытый.

Если Украина выиграет войну на своих условиях, у Беларуси появится совершенно другой набор возможностей в своем меню развития. Если Украина не выигрывает на своих условиях или, не дай бог, проигрывает, то спектр возможностей, которые будут у беларусского общества, резко сужается — аж до стагнации или превращения сегодняшнего состояния в длительное. Для того, чтобы Беларусь стала свободной, нам всем надо, чтобы Украина выиграла в этой войне.

Фото обложки: Dronarium Украина


Евген Глибовицкий

Author

Евген Глибовицкий


Основатель (pro.mova)

Евген Глибовицкий, основатель аналитического центра pro.mova, участник Несторовской группы